Социалисты Томска

Госдума в декабре приравняла «массовые беспорядки» к терроризму. В третьем, окончательном, чтении были приняты поправки к закону, заменяющие суд присяжных на коллегию из трех судей при рассмотрении дел о преступлениях антигосударственной направленности. Поддержали законопроект 355 депутатов, 85 проголосовали против. Документ с поправками в Уголовно-процессуальный и Уголовный кодексы «по вопросам противодействия терроризму» внес в ноябре председатель думского комитета по безопасности Владимир Васильев (член фракции «Единая Россия»). Все поправки в законопроект, касающиеся отмежевания массовых беспорядков от терроризма, были отвергнуты думским большинством. 

Из ведения суда присяжных исключены разбирательства по следующим статьям: 205 «Террористический акт», 206 «Захват заложника», 208 «Организация незаконного вооруженного формирования или участие в нем», «Массовые беспорядки», «Государственная измена», «Шпионаж», «Насильственный захват власти или насильственное удержание власти», «Вооруженный мятеж», «Диверсия». Принятые поправки так же и ужесточают ответственность за ряд преступлений. 

Эксперт Института прав человека Лев Левинсон пояснил, что главная цель законопроекта состоит в сокращении юрисдикции суда присяжных, все остальное - декорации. Также на этот счёт сделали заявления и другие правозащитники, они распространили документ, в котором выразили обеспокоенность в связи с принятием закона, исключающего участие присяжных в рассмотрении дел по некоторым преступлениям. Подписи под документом поставили 26 человек, в том числе председатель Московской Хельсинской группы Людмила Алексеева, лидер движения «За права человека» Лев Пономарев, писатель Борис Стругацкий, глава комитета «Гражданское содействие» Светлана Ганнушкина, председатель правозащитного центра «Мемориал» Олег Орлов и другие.

Если разобрать все декорации, нагроможденные народными избранниками, касающиеся сроков заключений, то будет видна основная цель нового закона. Во-первых, введение профессиональных судебных троек будет означать, что судебные процессы против участников и организаторов акций протеста, и без того не очень открытые, будут проходить в два счёта. И правда, зачем суд присяжных, огласка в прессе… когда можно разобраться без лишнего шума? Все мы не раз могли наблюдать «беспристрастность» профессиональных судей, особенно в делах государственных*. Во-вторых, новый пункт о сокрытии информации и доносительстве. По мнению ряда экспертов правозащитного движения это пункт тоже «декорация» и работать не будет, но есть и другое мнение. Органам теперь не нужно будет придумывать заведомо ложные административки чтобы «придержать» на время человека, когда открыта такая шикарная возможность: анонимный донос, и человек на неопределённый срок «проверки» никуда не денется. И, наконец, в-третьих, очевидно, что массовые беспорядки никак не связаны с терроризмом и захватом заложников и потому не могут быть предметом этого закона. 

«Массовые беспорядки», как правило, – это акции протеста, стихийно вышедшие из прокрустова ложа законодательных ограничений. Получается, что депутаты одной рукой пишут законы, сильно усложняющие легальное выражение протеста, а другой – ужесточают ответственность для тех, кто не укладывается в эти постоянно сужающиеся рамки. Не так давно, три года назад, по всей стране сотни тысяч пенсионеров вышли на санкционированные и несанкционированные акции протеста против монетизации льгот. На этих акциях были и перекрытия дорог, и перебранки с милицией, и штурмы толпой администраций. И вот эти выступления льготников вполне можно было приравнять к массовым беспорядкам, а по новому закону – к терроризму. Был бы тогда этот закон – и появились бы «террористки» в шерстяных шалях и «террористы» с медалями за освобождение Белоруссии. Вопрос только в распоряжении или служебном рвении. Также по всей стране проходят акции протеста против незаконной застройки. У выселяемых кипят страсти, у застройщиков стоит вопрос больших денег, посередине наша доблестная несдержанная милиция. В результате периодически эти акции срываются в беспорядки, вплоть до массовых драк с милицией и застройщиками. Кто в этой ситуации окажется «террористами»? Естественно те, у кого нет больших денег или погон на плечах.

*Характерные примеры – недавнее дело журналиста С. Рожкова или антифашиста А. Олесинова. В первом случае судья Кислинская открыто говорила: «Я знаю, кто ты такой! КПРФ - Че Гевара!», проявляла всяческое неуважение к Сергею и его родственникам из-за политических убеждений молодого журналиста. Во втором случае при рассмотрении дела по статье «хулиганство» (драка с националистом), следователь Шамова указала, что Олесинов борется против националистов и национализма, а фашизм охарактеризовала как «поддержание нормального функционирования жизнеобеспечения граждан», суд это принял...